Все-таки в детской фантазии есть что-то потрясающе мощное. Наивное, да, но свободное, не признающее никаких ограничений и обоснуев.
- Мам, вон там волки, смотри!
- Да ну, а я думала, это машина Ауди.
- Ну да, Ауди, а внутри - волки.
- И как же они едут?
- Прямо в машине и едут.
- Они же правил дорожного движения не знают! Это же опасно!
- Ну что ты, мама, они же как пассажиры едут. Кто же волкам даст машину вести?
И не подкопаешься: действительно, никто не даст. И откуда, в конце концов, я знаю, что в этой черной Ауди и правда нет на пассажирском месте волков? Она же затонированная вся, да и время уже вечернее - не видно.
А в подземном переходе на полу валяется детский совочек. Пластмассовый такой, чтобы в песочнице играть, желтый. И вот видно, что Костя уже знает, почему этот совочек тут лежит. Точно знает, и сомнений у него нет, и на любой дурацкий вопрос прагматичной и усталой после работы мамы он сможет ответить без запинки, как будто только этого вопроса и ждал. Причем ответит так, с легким превосходством в голосе: ну что ты, мам, сама не понимаешь, что ли? ребенка в коляске украли и везут куда-то, а он по дороге игрушки из коляски выбрасывает, чтобы папа его найти мог. Или нет, не так: это на самом деле не совочек, а тайный знак. В этом переходе шпион встречается со своим агентом и оставляет ему послание: китайцы недовольны теми сведениями, что ты передал в прошлую среду, копай лучше. И Костя вот это послание сразу же прочитал и все понял. А не говорит он мне об этом только потому, что знает: это информация опасная, ни в коем случае нельзя давать понять, что ты все разгадал.
И я смотрю в его хитрые и довольные глаза - и так неудобно становится за свои банальные мысли: то ли выпал, то ли выбросили.